ЛИЗЗИ БОРДЕН: "Женушка-топор"
Это один из самых примечательных случаев нераскрытых убийств в исто- рии американской преступности. Правда ли, что знойным августовским днем 1892 года учительница воскресной школы Лиззи Борден зарубила топором от- ца и мачеху, которые не давали ей нормально жить, или это сделал кто-то другой?
Этот детский стишок звучал во время ребячьих игр в каждой школе по всем Соединенным Штатам. Эхо корявых рифмованных строк преследовало Лиз- зи Борден до самого последнего ее часа. Действительно ли в припадке сле- пой ярости она изрубила ненавистную мачеху, а затем - отца-пуританина? И судья, и присяжные решили, что она этого не делала. И Лиззи вышла из за- ла суда полностью оправданной. Но если Лиззи была невиновна, то кто же орудовал топором в городе Фолл Ривер? Ни расследование, ни время ответа на этот вопрос так и не дали.

читать дальшеВ нищете и убожестве

Лиззи Борден родилась в 1860 году в городке Фолл-Ривер, штат Массачу- сетс. Ее отношения с отцом не заладились с детских лет. Кстати, он наз- вал ее Элизабет Эндрю, так как хотел иметь сына. Через два года мать Лиззи умерла. Отец, Эндрю Дж. Борден, вскоре же- нился на Абби Дарфи Грей, толстой сварливой женщине из простонародья. Бывший владелец похоронного бюро, мистер Борден был богатым челове- ком. Почти полмиллиона долларов он скопил на имущественных сделках. Но при этом оставался ужасным скрягой. Несмотря на немалое состояние, Бордены жили гораздо хуже, чем многие рабочие местной хлопковой фабрики. Эндрю Борден не считал нужным тратить деньги ни на старый запущенный дом, ни на детей - Лиззи и ее старшую сестру Эмму. Лиззи сначала обижалась на мачеху, потом стала ее презирать. Она была уверена, что Абби вышла замуж за ее отца с единственной целью - наложить лапу на его деньги. Лиззи отказывалась садиться с мачехой за один стол и всегда называла ее "миссис Борден". Лиззи росла бесхитростной, тихой и вдумчивой девочкой. Она часто хо- дила в церковь, а свободное время проводила либо на рыбалке, либо за вя- занием. Нередко она часами мечтательно просиживала у окна своей спальни. Вот в такой убогой обстановке провела Лиззи Борден тридцать два года своей жизни. А потом, 4 августа 1892 года, произошло ужасное событие, навсегда положившее конец семейству Борден.

Дело сделано

Городок Фолл-Ривер изнывал от жары. Сестра Лиззи Эмма уехала с друзьями на природу в местечко Фейрхевен, в двадцати милях от Фолл-Ри- вер. Сама Лиззи после легкого пищевого отравления чувствовала себя не- важно. К тому же настроение ей испортили два недавних происшествия. Во- первых, она случайно узнала о намерении обычно скупого отца отдать часть своего состояния сестре жены, мачехи Лиззи. Разозлившись, девушка зашла в спальню Абби, обыскала ее и забрала какие-то дешевые украшения. Роди- телям она позже сказала, что в доме побывали воры, однако отцу не соста- вило труда убедиться, что пропажа - дело рук Лиззи. Второе событие произошло, когда кто-то тайком забрался в садик Борде- нов. Ничего не пропало, но реакция хозяина дома была более чем странной: он почему-то решил, что непрошеных гостей привлекли голуби, которых держала Лиззи, взял топор и отрубил птицам головы. Так что в то роковое августовское утро Лиззи проснулась в неважном настроении. Жизнь в доме шла как обычно. Мистер Борден после завтрака ушел по делам. Джон Морс, брат его первой жены, приехавший на несколько дней погостить, отправился навестить родственников. Миссис Борден начала домашнюю уборку, а служанка, добродушная ирландка Бриджет Салливан, мыла окна. Примерно в 9 часов 30 минут утра миссис Борден мыла ступеньки лестни- цы, ведущей в спальню для гостей. В этот момент на ее голову обрушился топор. Потом кто-то нанес ей еще девятнадцать ударов. Экспертиза устано- вила, что умерла она мгновенно, после первого же удара. В одиннадцать часов, обливаясь потом, домой вернулся мистер Борден. Возбужденная Лиззи встретила его и проводила в гостиную. А потом, оста- вив отца отдыхать, отправилась на кухню посплетничать с Бриджет, уже за- кончившей работу. Через некоторое время служанка ушла в свою комнату пе- редохнуть от полуденной жары. Минут через десять она услышала отчаянные крики Лиззи: "Сюда! Сюда! Отец мертв! Кто-то вошел и убил его!" Бриджет кинулась на голос и увиде- ла Лиззи у двери гостиной. Она не позволила служанке туда войти, прика- зав бежать за доктором Боуэном, семейным врачом. Где-то ненадолго задержавшись по дороге, пришел доктор. Он осмотрел изрубленное тело мистера Бордена. Как было установлено позже, несчастный погиб точно так же, как и его жена. На его голове насчитали следы десяти ударов топором. Диван, ковер, стены гостиной были забрызганы кровью. Когда доктор Боуэн накрывал труп простыней, в дом прибежали встрево- женные соседки. Одна из них, миссис Аделаида Черчилль, кинулась успокаи- вать Лиззи. Но та была совершенно спокойна и явно не нуждалась в учас- тии. Соседку такое равнодушие в тот трагический момент потрясло. Миссис Черчилль спросила Лиззи, где ее мачеха. И услышала в ответ: "Представьте себе, не знаю. Она упоминала, что собирается навестить ка- кого-то больного. Но я точно не знаю... Мне кажется, что я слышала, как она вернулась домой". Не прошло и нескольких минут, как миссис Черчилль и Бриджет обнаружи- ли тело миссис Борден. Она лежала на ступеньках в луже крови.
Подозреваемые определились

Поначалу подозрение пало на Джона Морса, чье поведение в тот момент, когда он возвращался в дом Борденов, озадачило толпу, собравшуюся у подъезда: подходя к дому, Джон почему-то замедлил шаг и вместо того что- бы сразу войти в парадную дверь, обошел вокруг дома и сорвал с дерева яблоко. Полиция тоже предполагала, что его алиби не очень-то убеди- тельно. Однако, когда все факты были тщательно проверены, подозрение от- пало. Детективы с самого начала были убеждены, что оба убийства - дело рук кого-то из обитателей дома. Бриджет Салливан они исключили из числа по- дозреваемых очень быстро: у нее не было никаких мотивов убивать; имя ее не упоминалось в завещании Эндрю Бордена; наличных денег в доме не было. Оставалась лишь Лиззи Борден. Ее поведение после происшедшего было по меньшей мере странным. Когда Бриджет спросила ее, где она была в тот мо- мент, когда на ее отца напали, Лиззи ответила, что выходила во двор. А на тот же вопрос, заданный миссис Черчилль, ответила, что ходила в это время в сарай за какой-то железкой. Естественно, об этом же ее спросили и детективы. Она повторила, что была в сарае и даже съела там три груши. Полицейские буквально на четвереньках облазили весь сарай, но никаких огрызков не обнаружили. Кроме того, Лиззи сказала, что не видела тела мачехи, когда спускалась по лестнице вниз встретить отца. А тут еще одна из соседок сообщила полиции, что вечером накануне убийства Лиззи говорила ей, что у ее отца есть враги и она боится за его жизнь. Но расследование не выявило у конкурентов Бордена никаких поводов для убийства. Выяснилось также, что за день до гибели родителей Лиззи купила в го- родской аптеке синильную кислоту и цианид. Объяснить, зачем ей это пона- добилось, она не смогла.
Перед судом

Практически ни одна американская газета не обошла вниманием этот слу- чай, и все они считали виновной в убийствах Лиззи Борден. Еще бы газеты промолчали! Это же была несомненная сенсация - старая дева-дочь отомсти- ла тирану-отцу и жестокой мачехе. Детективы, расследовавшие дело, готовы были согласиться с газетами. Они даже заготовили ордер на арест Лиззи, но решили подождать до конца предварительного следствия, надеясь, что там ее вина прояснится. И они не ошиблись в своих ожиданиях. Во время предварительного следствия Лиззи допрашивали в качестве свидетельницы. Она утверждала, что ее не было наверху, когда отец вернулся домой. Стало ясно, что Лиззи пытается уйти от опасного вопроса: как она прошла по лестнице и не заме- тила на ступеньках тела мачехи? "Я думала, что находилась в этот момент на лестнице, но теперь вспом- нила, что была в кухне", - сказала Лиззи на следствии. И добавила довери- тельным тоном: "Когда обдумываешь это ужасное происшествие, многие вещи припоминаешь более четко". Несмотря на "уточненные воспоминания", следствие выдвинуло против Элизабет-Эндрю Борден обвинение в убийстве Эндрю Дж. Бордена и Абби Бор- ден. К тому времени, когда дело о двойном убийстве попало в суд, провинци- альное население Америки объединилось в своем недовольстве прессой за ее "несправедливое отношение" к Лиззи. Богобоязненная добропорядочная дочь бессердечного отца вызывала всеобщие симпатии. Простые люди считали, что тихую учительницу воскресной школы не должны судить в связи с таким дьявольским преступлением. Короче говоря, преобладало мнение, что она невиновна. Тем временем Лиззи оказалась весьма удачливой в выборе адвоката. Это был Джордж Робинсон, бывший губернатор штата Массачусетс. В свое время, еще будучи при должности, именно он назначил на пост одного из трех су- дей, которые вели теперь судебный процесс по делу Лиззи. На предвари- тельном слушании этот судья по просьбе Робинсона отклонил все утвержде- ния обвинения по поводу покупки синильной кислоты и цианида. Таким обра- зом, прогулка Лиззи в аптеку ни разу даже не упоминалась во время откры- того судебного процесса. Сам процесс шел десять дней. По ходу его было видно, как обвинение шаг за шагом теряет позиции. Лиззи помогла себе и тем, что упала в обмо- рок на скамье подсудимых, что вызвало волну сочувствия и в зале, и среди присяжных.
Блестящее представление

Робинсон все проделал блестяще. Он убеждал присяжных заседателей, что государство поступило жестоко, позволив устроить суд над чистой, святой девушкой, обвинив ее в преступлении, которое она не способна совершить. Он закончил свою защитительную речь таким обращением к присяжным: "Чтобы признать ее виновной, нужно поверить в то, что она злодейка. Джентльме- ны, разве она похожа на злодейку?" Присяжные решили, что непохожа, и признали Лиззи невиновной. Лиззи Борден встала со скамьи и под приветственные возгласы публики вышла из зала суда свободной женщиной. И не только свободной, но и богатой. Она унаследовала большую часть папашиного состояния, такую сумму, о которой и мечтать-то не могла, пока он был жив. Несмотря на грубый стишок, который выкрикивали ей вслед ре- бятишки, она и не подумала уехать из Фолл-Ривер. Правда, жить в доме, который принес ей столько неприятностей, Лиззи не стала. Она купила дру- гой дом - в престижном пригороде. Бриджет Салливан после суда вернулась в свою Ирландию. Поговаривали, что Лиззи, вопреки завещанию отца, дала служанке довольно значительную сумму денег. Какое-то время ходили слухи, что Лиззи и Бриджет сговорились изба- виться от старого жестокого скряги и его противной жены. Но полиция ни- когда больше не возвращалась к этому делу. Там были уверены, что в свое время арестовали истинную преступницу. По твердому убеждению детективов, двенадцать добреньких мужчин-присяжных отпустили на свободу убийцу. Кста- ти, преступник с топором из Фолл-Ривер больше нигде и никогда не появ- лялся. Лиззи поселилась в новом доме с сестрой Эммой. По свидетельству сосе- дей, сестры вскоре начали ссориться и Эмма ушла из дома. Лиззи до конца своих дней так и осталась одинокой старой девой. Она скончалась в 1927 году в возрасте шестидесяти семи лет и унесла с собой в могилу тайну душного августовского утра. Но по сей день убийство в Фолл-Ривер время от времени вызывает споры. В Америке даже существует "Общество друзей Лиззи Борден", которое регу- лярно протестует против обвинений в ее адрес и настаивает на ее невинов- ности. Но есть также множество людей, убежденных в том, что в тот авгус- товский день 1892 года забитая и униженная дочь Эндрю Дж. Бордена в конце концов вышла из себя и жестоко отомстила тем, кто не давал ей нормально жить.